натянутых отношений между Турцией и Сирией, является неопределенность с речными ресурсами проходящих по территориям двух стран. Турция в рамках проекта GAP, построившая крупную водонаборную дамбу имени Ататюрка, берет под контроль реку Евфрат, проходящую и по территории Сирии, которой как жизнь необходима вода. Сколько бы не имел место тот факт, что Турция в период правления Тургута Озала, в 1987 году подписало соглашение, судя по которому Турция обязывается подавать из этой дамбы в год 15 миллиард кубических метров воды, дипломатически Сирия оставалась в зависимости от Турции. Хотя потребность Сирии в год составляет всего 11 миллиард кубических метров, Сирия все-таки не хотела смиряться с таким положением дел, где дипломатическое превосходство остается на стороне Турции. Сирийская сторона рассматривала Евфрат как международную реку, поэтому настаивала на решение вопроса по методу «СОВМЕСТНОГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ», от которого не отказалась до сегодняшнего дня. Турция же вместо этого подхода просматривает пути решения этого вопроса методом «РАСПРЕДЕЛЕНИЯ». В этом вопросе в своё время Сирия легко находила поддержку со стороны Советского Союза, но после развала Союза заметно отстала, в дипломатическом плане по сравнению с Турцией, оставшись одна без поддержки. Это подталкивало правительство Эсада, оставшееся без поддержки Союза, потеряв свои дипломатические превосходства, стала искать пути выхода из такого положения.

Именно по этому поводу, против козыря Турции, имеющей водные ресурсы, Сирия решила в противовес Турции использовать такие факторы, как террористические организации: Армянской -АСАЛА, и курдской- PKK с ее предводителем Абдуллахом Оджаланом. Сирия, в районе низменности Бекаа представляла свои лагеря для обучения организованных террористических группировок. Сирия долгое время не отказывалась от использования нечеловеческих методов, поддерживая террористические группы и Оджалана, место и даже телефон которого, были известны Турецким разведывательным органам. Премьер-министр того времени Сулейман Демирель, лично, и не однократно предупреждал Сирийское руководство. Это положение продолжалось до дипломатического вмешательства в процесс Турецких Вооруженных Сил.

Наконец, поняв, что Турецкие Вооруженные Силы действительно не шутят и готовы к горячему столкновению, Сирия была вынуждена начать процесс высылки террористических группировок со страны, и в особенности Абдуллаха Оджалана. С другой стороны, Нусейрийское руководство (Шииты) Сирии, использовало послереволюционный Иран, имея с Сирией хорошие отношения, и используя влияние Сирии на руководство Ливии. Иран прорабатывал коридор сферы влияния от Кавказских стран до Средиземного моря. Несмотря на различие взглядов, в этом географическом коридоре, охватывающим южный Ирак, находится, динамический этнографический регион сектового единства. Несомненно, такой союз негативно подействует на отношение Турции и ее союзников, на отношения с Ближне Восточным регионом, даже можно сказать Турция станется сжатой между поясом Ортодоксальным союзом с Северо-запада и сектового союза, с южного пояса. Таким образом, Сирия старается любым методом, в том числе при дипломатических переговорах, хочет показать, что провинция Хатай должна принадлежать Сирии, обозначая Хатай на картах как территорию Сирии. Хотя руководство прекрасно понимает , что этого произойти никогда не сможет.

Однако, следует отметить что внешний политический курс Сирии поддерживается только на создании кризисных обстановок в регионе. Продолжение такого дипломатического кризиса, не доводя дела до горячих столкновений, позволяет правительству Эсада, балансировать обстановку как внутри страны, так и за ее пределами. Причиной продолжения Голанского Кризиса в отношениях с Израилем отвечает тем же целям Сирии.

Будет верным высказывание о том, что при руководстве Сирии объективным и приемлемым к международным стандартам внешней политики, станет тупиком для режима Эсада. Поэтому не стоит ждать надежды на развитие и в после эсадовское время. Так как элементы режим, создающих прототип Эсада, и питающие эти элементы внешняя и внутренняя конъюнктура не показывают каких либо изменений. Не ожидается и каких либо коренных изменении от предполагаемого преемника Хафыза Эсада – его сына, Бешшара Эсада.