каким результатам на конференции в Халиче, проблемой занялась Лига Наций. Правительство Англии обратилось в Лигу Наций, чтобы поставить вопрос о Мосуле на повестку дня. Так, как Турция еще не была членом вышеупомянутой организации по 11 статье постановления государства, не входящие в состав организации имеют право отправить свою делегацию для участия в интересующих это государство, встречах. Опираясь на эту статью, 19 августа 1924 года, Лига Наций потребовала ответа на отправленное письмо турецкому правительству. 3 сентября 1924 года, советом министров, была избрана делегация, которая должна была представлять Турцию в Лиге Наций. Эта делегация, под руководством спикера парламента Фетхи (Окъяр) Бея, после всех приготовлений, 10 сентября выехала в Женеву. До выезда в Женеву, Фетхи Бей, в интервью газете «Танин» высказался приблизительно так: «Турция будет требовать в Женеве, чтобы вилайет Мосула входил в границу нашего государства. Англия также претендует на эти земли. В свою поддержку, Англия на конференции в Лозане и Халиче, выдвигала доклад о своих завоеваниях. Это утверждение ни в коем случае не должно быть принято, так как во время перемирия и заключения договора, английские войска никак не захватывали Мосул. Англия пытается показать, что в Мосуле очень мало турков. По статистике английских офицеров, численность турков достигает всего нескольких тысяч. Правительство Англии утверждает, что Королевство Ирак хочет присоединить к себе Мосул. Недовольство, вызвало желание местного населения выбрать королем эмира Файсала. Хотя санджаки Сулеймание, и Киркук отказались от голосования и наотрез отказались признавать Файсала как правителя. Притом, что лорд Керзон в Лозане, Пирси Кокс, в Стамбуле, показывали о желании воссоединения Ирака и жителей Мосула, ни один из представителей этих двух регионов и изъявил такого желания, а англичане категорически отказались обращаться к итогам голосования. В таком случае как можно принять утверждение, что народ хочет присоединиться к Ираку? В Женеву едем с большой уверенностью. Наша проблема открыта. С чистыми сердцами мы хотим обратиться к народному голосованию. Мы готовы принять результат. Мы верим, что в разрешении этого вопроса, Лига Наций покажет свою справедливость всему миру».
Турция и Англия, предоставив Лиге Наций свои меморандумы, предложили свои действия. Турция предложила провести народные выборы в Мосуле, считая, что так будет справедливо. Англия же утверждала, что делом Лиги является проведение границы между Мосулом и Ираком. Первое заседание Лиги Наций прошло 24 сентября 1924 года. Вступительную речь произнес министр юстиции, являющийся представителем Англии Лорд Пармур. Вкратце он сказал: «Мосул издавна был частью Ирака. О дальнейшей судьбе Мосула не может быть и речи, этот вопрос решен. Нужно определить его границы. Чтобы провести границы представитель Турции предлагает провести народные выборы. Проблема границ никогда не решится с помощью голосования. Это проблема военных. Как я и говорил до этого, для начала нужно выяснить причину конфликта. Для этого я предлагаю создать нейтральную комиссию, которая рассмотрит этот вопрос и примет решение».
После выступления лорда Пармура, выступил Фетхи Бей и выразил взгляды Турции, на точки соприкосновения с только что, сказанной речью. Фетхи Бей отметил причины конфликта, возникшего между Англией и Турцией. Он сказал, что: «Речь идет о судьбе Мосула, а не о его границах. Если речь не идет о судьбе Мосула, тогда в чем причина конфликта, продолжающегося с Лозанской конференции и приведшего нас в совет Лиги Наций? Для предотвращения конфликта, как посоветовала Англия, отправить в Мосул комиссию будет неправильно, потому что она не будет иметь возможности понять чувство народа. Лучший способ – это собрать народное собрание». И напомнил, что это один из лучших методов устранения такого рода проблем. Фетхи Бей, приведя исторические, этнические, политические и стратегические доказательства, доказал, что Мосул принадлежит Турции. Представитель Англии Лорд Пармур повторил сказанное во вступительной речи.
Фетхи Бей отметил, что конфликт выражается в границах, что невозможно в этой проблеме отходить от главного. Он сказал: «Проблема Мосула – это проблема границ. А проблема границ – это проблема Мосула. Вопрос в том, с севера будет проведена граница или с юга». После этого заседание было закрыто. 27 сентября 1924 года в Лиге Наций было продолжено рассмотрение проблемы Мосула. На этом заседании репортер мосье Брантит, просил раскрыть, примут ли решение Лиги Наций, обе стороны и должны ли они признать решение, принятое советом Лиги Наций. Правда Англия еще на Лозанской конференции согласилась принять решение Лиги Наций, но Турция такого согласия не давала, из-за чего ее представителей просили это сделать. Фетхи Бей сказал, что Турция не думает о решении этого вопроса, в том смысле, в котором его видят представители Англии, причина заявления Турции в Лигу Наций не говорит об отказе ее от протектората над Мосулом, однако Турция готова к любым решениям в результате плебисцита.
заседании 30 сентября 1924 года, подробно рассмотрев проблему Мосула, совет Лиги Наций решил создать комиссию, состоящую из трех человек, которая бы более подробно рассмотрела и изучила вопрос и дала свои соображения непосредственно Лиге. При необходимости, комиссия должна была изучать проблему и расспрашивать местное население на месте. В помощь этой комиссии оба государства должны были предоставить своих представителей, играющих роль помощников и советников по данному вопросу. Все три члена комиссии должны были быть нейтральными. В состав комиссии, образованной советом Лиги Наций, для рассмотрения вопроса Мосула. вошли: Конт Тереки (экс-премьер-министр Венгрии) Аф Вирсен (генеральный посол Бухареста в Швейцарии) А. Паулис (Бельгия, полковник в отставке)
ноября 1924 года комиссия собралась в Женеве. Определили форму работы и подготовили список вопросов для обеих сторон. Сначала поехали в Лондон, узнали мнение английских чиновников, и в январе 1924 года провели необходимую работу в Анкаре. Находившийся в это время в Коньи, Мустафа Кемаль Паша, отправил сопровождать комиссию, как представителя Турции, своего помощника Джеват Пашу и еще несколько офицеров. 16 января 1925 года приехавшая в Багдад комиссия встретилась с Сэром генри Добсом, комиссаром Багдада от английской администрации. Король Файсал предоставил к рассмотрению комиссией, меморандум, точно, написанный рукой Англии, в котором говорилось о желании передачи вилайета Мосула, Ираку, о большом вкладе его правительства в дела государства. Комиссия, с первых дней встретила давление со стороны Англии и чиновников из правительства Ирака. Это давление, производимое на комиссию, которая, подробно описала в рапорте, представленным на рассмотрение Лиге Наций.
Среди массы давлений было бы полезно показать один пример. На одном из совещаний проведенных в Багдаде, на котором присутствовал комиссар Сэр Генри Добс, ввиду того, что двое экспертов от Турции Назим Бей и Фетхи Бей, являются гражданами Ирака, обвинил их во враждебности к нынешнему правительству Ирака и вывел их из салона заседания, ко всему этому было требование их задержания. Однако комиссия отклонив требование о задержании, заявила, что они не считаются гражданами Ирака, пока не будет решен вопрос о Мосуле, так как оба являются жителями этого города. Не смотря на это, помощники Джеват Паши были арестованы и заключены в одной из армейских частей. Джеват Паша уведомил об этом членов комиссии. По его просьбе, прибыв на место происшествия, они увидели представителей турецкой делегации, размещенных, в окруженных колючей проволокой, солдатских казармах, расположенных в нескольких километров от Багдада. Ввиду этого некрасивого со всех сторон происшествия комиссия сделала предупреждение Генеральному Комиссариату.
Впрочем, несмотря на воздействие Англии, и давление со стороны иракского правительства, народ показывал свою любовь и преданность турецкой делегации и турецкому правительству. Приехавшая в Мосул 27 января 1925 года комиссия была восхищена и удивлена знаками внимания к ним со стороны местного населения. В честь Турции были устроены парады и представления. Один из случаев происшедших в Мосуле член комиссии Конт Телеги в своем рапорте объясняет так: «Прибыв в Мосул 27 января, и мсье Роддало и мсье Шаррор захотели пройтись. Когда мы выходили из дома, надевший свою униформу, Джеват Паша предложил нас сопроводить. Из-за того, что я хотел посмотреть, как будет влиять его униформа на народ, я принял его предложение. Нас сопровождал работник полиции. Не успели мы выйти на улицу, как Джеват Пашу, окружило около 30 человек. Они целовали ему руки и выкрикивали «да здравствует Турция». Через несколько минут их стало около двухсот.
При проходе мимо казарм, несколько полицейских попытались рассеять толпу. На рынке толпа еще больше увеличилась, увеличились и наши охранники, теперь их стало трое и один из них англичанин. Джеват Паша, вновь стал центром внимания, аплодисменты сыпались со всех сторон. Толпа состояла из разных слоев населения. Одни были одеты чисто, другие были похожи на нищих. Полицейские снова начали пытаться разогнать толпу. Толпа, вроде бы начала повиноваться. В это время мы увидели, что двое полицейских бьют дубинками пожилого человека, пытающегося спрятаться в магазине. Я хотел помешать этому, подозвал офицера и сказал, что запрещаю бить людей перед членами совета Лиги Наций».
После этого, большинство митингующих в честь Турции, были задержаны. Под пристальное наблюдение была взята и делегация комиссии. Как члены комиссии и их служащие, так и те люди, с которыми они общались, были взяты под контроль. Комиссия заявила, что не сможет оценить ситуацию в таких условиях, и обратилась турецким и английским помощникам. Только после этого комиссия приступила к работе. В процессе работы были выслушаны мнения, как людей занимающих важные посты, так и людей из простого народа. В Мосуле, Эрбиле, Керкюке, работы и слушания проводились в общем порядке, а в близлежащие поселения Синджар, Тиляфер, Акру, Алтункопрю, были отправлены специальные комиссии. Комиссия, сначала в Сулеймание, потом в Киркуке, Алтынкопрю, Эрбиле, далее в Мосуле, позже в Захо и Духоке, вызывала людей имена, которых были предоставлены обеими сторонами. Представители комиссии, вызывали людей, имена которых были записаны в списки, принимая их после проверки документов, где всех сразу, а где и по одному.
Члены комиссии говорили: «Мы не турки и не англичане, не бойтесь и высказывайте свое мнение. Турцию хотите или Ирак?». Они приглашали всех по одному и разговаривали с каждым лично, предоставляя право высказаться анонимно. Многие отвечали – Турцию, а некоторые в открытую заявляли: «хотите, убейте нас, мы все равно выберем Турцию, не желаем быть под властью марионеток». Многие говорили, что хотят Турцию, но при выходе будут кричать Ирак. Иногда, жители выходили группами и прямо заявляли, что желают Турцию, в некоторых случаях жители села численностью в 70-80 человек, говорили о желании присоединиться к Турции, после чего, комиссия предпочитала, в таких случаях не задавать каких либо вопросов. В одном из сел- Селяхе (Эски Кифри), собравшийся народ, не желая прятаться, прямо заявил о своих желаниях. Во всех селениях, народ встречал комиссию с большой радостью. На исторически тюркской земле Кифри, было все больше желающих, присоединиться к Турции, некоторые кричавшие о желании присоединиться к Турции, были в списках предоставленных комиссии англичанами.